%d1%82%d1%80%d0%b0%d0%b2%d0%bc%d0%b0-2

Что такое травма? Часть 1

Что такое психологическая травма?

Слово «травма» все больше входит в наш повседневный, бытовой лексикон. Все больше клиентов, приходя к нам в кабинет, говорят, что причиной их визита является травма. «Травмирующим» может быть названо что угодно: и стрессовый, напряженный день на работе; и сложный, полный эмоционального накала разговор с супругом; и переживание фрустрации, когда наши ожидания и надежды не оправдываются. Но всякое ли неприятное, болезненное, тяжелое переживание или событие является «травмой» в строгом, клиническом смысле?

Немецкие исследователи Годфрид Фишер и Питер Рьедессер определяют травму следующим образом: «Травма — это витальное переживание дисбаланса между угрожающими обстоятельствами и индивидуальными возможностями побороть их, сопровождающееся чувством беспомощности и незащищенности и вызывающее длительное потрясение в понимании себя и мира».

Если переводить это определение на простой, человеческий язык, мы можем вычленить несколько важных составляющих, на основании которых можно говорить о наличии психологической травмы.

ПОТЕНЦИАЛЬНАЯ УГРОЗА ЖИЗНИ

Во-первых, травмирующее событие ВСЕГДА переживается, как угроза жизни и целостности организма. При этом неважно, является угроза реальной, или человек воспринимает ее, как таковую.

Младенец разлуку с мамой воспринимает, как угрозу своему существованию. Ведь в одиночестве он просто не выживет.

Ребенок (а то и взрослый) может переживать элементарное медицинское вмешательство, как угрозу своей физической целостности. Даже под наркозом, полостная операция – это серьезное вторжение. Тело ощущает его, как смертельно опасное, несмотря на понимание, что для нашей жизни вмешательство хирурга необходимо и спасительно.

Словесные угрозы не являются напрямую «убивающими», но они вызывают у человека тревогу, ожидание расправы. При этом организм находится в постоянной мобилизации, чтобы предотвратить осуществление угрозы.

Травля в коллективе, отвержение в семье может оставаться на уровне злословия и соответствующего эмоционального фона, не переходя к физическим нападениям. Однако человек – существо социальное, и даже символическое исключение из «стаи» воспринимается им как стресс, угроза психологической или социальной «смерти».

Систематическое лишение ребенка теплого, поддерживающего контакта со значимыми близкими людьми погружает его в весьма беспокойное и уязвимое состояние, поскольку от этих стимулов зависит его базовое переживание безопасности и развитие, как человеческого существа.

РЕФЛЕКТОРНАЯ, НЕКОНТРОЛИРУЕМАЯ РЕАКЦИЯ

Во-вторых, травматическая реакция не является сознательной. Дело в том, что мы, как высшие млекопитающие, обладаем тремя системами оценки реальности и реагирования на нее:

Высшая нервная деятельность, сознание и самоосознание человека. Наши цели и планы, мечты и фантазии, рассуждения и внутренний диалог, верования и убеждения. Все то, что делает человека человеком. Все это обеспечивается неокортексом – попросту, корой головного мозга, его наиболее молодой структурой. Оценка реальности и реагирование на нее проявляется в форме мышления.
Эмоциональная жизнь, реакции нашего тела, приспособление к внешней среде, сохранение постоянства внутреннего состояния – так называемый гомеостаз – за все это отвечает лимбическая система. Это срединная часть мозга, или «мозг млекопитающего», который получает и обрабатывает информацию о внутренней и внешней среде организма. Для него самое главное – это обеспечение нашей стабильности и безопасности в существующих «нормальных» условиях жизни. Оценка реальности происходит посредством переживаний от внешнего и внутреннего мира, которые мы называем эмоциями.
Самый древний, так называемый рептилийный мозг, отвечает за сохранение вида и управляет базовым поведением. Эта структура активизируется в опасных, критических ситуациях. Ее функции просты: бить, бежать или замереть. Реакции происходят молниеносно, без сознательной (кора) или эмоциональной (лимбическая система)оценки. Задача рептилийного мозга – обеспечить выживание тела, любым возможным способом. Неважно, как это будет выглядеть, – главное, спастись. Как мы уже говорили, эта структура мозга задействуется в экстремальных ситуациях, когда ни кора, ни лимбическая система не справляются с чрезмерной нагрузкой и не обладают необходимой скоростью реакции. Придя в себя, мы можем реагировать эмоционально: «Как я мог так поступить?» или мыслить критично: «Я – безнравственный, бесчувственный, трусливый, жестокий человек», но эти категории не работают, когда организм нацелен на выживание. Такая оценка реальности, с точки зрения ее потенциальной опасности, и реакция на нее – преимущественно телесно-физиологическая, рефлекторная.

Таким образом, в ситуации угрозы жизни, реальной или потенциальной, у человека запускаются природные механизмы выживания, за которые отвечают наиболее древние отделы мозга. И эту реакцию нельзя предсказать или вызвать сознательно – она рефлекторна.

Поэтому, в частности, предложение человеку, которого «накрыло», взять себя в руки не работают. Он УЖЕ воспринимает возникшую ситуацию как угрожающую, его механизмы выживания пришли в «боевую готовность». Нужно вначале вернуть ему ощущение безопасности, и только потом имеет смысл что-то обсуждать и предпринимать.

НЕДОСТАТОЧНО РЕСУРСОВ, ЧТОБЫ СПРАВИТЬСЯ

В-третьих, не всякая угрожающая ситуация оказывает серьезное разрушительное влияние на дальнейшую жизнь человека. Будь так, мы бы давно вымерли. Травмирующее событие имеет долгосрочные последствия, если у человека не было достаточно собственных ресурсов преодолеть угрожающую ситуацию, и если он не смог получить ресурс от других людей в виде помощи и поддержки, во время или после случившегося.

Человек в ситуации опасности переживает психологический шок, аналогичный болевому. Кора и лимбическая система головного мозга на время «выключаются», чтобы не мешать выживанию. Этот процесс мы называем диссоциацией – расщеплением психики. Это как бы предохранитель психики, временный защитный механизм, который действует до тех пор, пока опасность не минует. Выживающая рептилийная система в это время делает все, чтобы сохранить тело. Лимбическая –запускает эмоциональные и телесные реакции, но позже, когда шок пройдет. Ну а с помощью мыслительной деятельности коры головного мозга человек уже в безопасной обстановке оценит происшествие и найдет способы предотвратить его повторение в будущем.

Однако чтобы все это произошло, по окончании угрожающей ситуации человек должен «демобилизоваться» — из состояния шока перейти к отреагированию, восстановлению, получению поддержки и оценке ситуации. Шок, диссоциация, расщепление психики должны быть временными. Иначе переживания, связанные с травмой, не получат разрядки. Они останутся заблокированными в виде заряда напряжения в теле и в определенных участках мозга, и диссоциация из экстренного, временного расщепления станет хронической.

И для того, чтобы демобилизоваться, человеку необходимо почувствовать, что он в безопасности. Что рядом есть люди, которые готовы временно взять на себя заботу о нем, пока он будет восстанавливаться. Что у него достаточно сил и времени, чтобы «переварить» случившееся. В этот момент прекращается психологический шок и запускаются естественные механизмы переработки и отреагирования стресса. На физическом уровне – это дрожь и активизация дыхания. На эмоциональном – может быть плач или наоборот, смех; может быть страх или гнев, вина или стыд. На сознательном уровне – попытки осмыслить происходящее, изменение образа себя, картины мира с учетом новой информации.

Очень важно, чтобы те, кто находится рядом в этот момент, отнеслись с пониманием к этим посттравматическим проявлениям. Понимали, что это нормальная реакция на ненормальное событие. Выслушали и поддержали человека в выражении всех его чувств. Помогли ему сохранить положительный образ себя и мира, несмотря на то, что плохое случается. В этом случае процесс переработки травмы пройдет благополучно и не отразится разрушительным образом на дальнейшей жизни человека, не вызовет «длительного потрясения в понимании себя и мира». У него хватит ресурсов, чтобы справиться.
Автор: Мария Летучева